23 мая 2023. Интервью с Евгением Пригожиным, на канале Говорит Долгов 18+

Страница 3 из 4

0:40:27
Конечно, мы будем дальше двигаться. Опять же, подчеркиваю на камеру, в законном порядке. Я уверен, что общество придет еще к тому, что этот вопрос станет очень острым. Потому что пятидесятки тысяч погибших, у которых матери и дети придут и зададут вопросы, и от этого будет не скрыться. И околовоенные функционеры думают, что этого не произойдет. Это произойдет! И более того, депутаты, которые сегодня, когда говорят о том, что давайте поздравим бойцов ЧВК Вагнера со взятием Артемовска, они говорят, поздравим и солдат, и офицеров.
0:41:10
В ЧВК Вагнер нету офицеров и солдат. Есть бойцы, нету званий, есть должности. Командир роты, командир штурмового отряда, еще какой-то специалист, командир батареи. Поэтому пытаются убрать в сторону бойцов ЧВК Вагнер в нем и вернуть, как будто это все вот единая армия в едином порыве под руководством министра обороны, начальника генерального штаба, сделав эту победу. Военных не было в Артемовске. Были Были небольшие количества, я уже перечислял, 57-я бригада, в небольшом количестве, которую мы лелеяли около себя, потому что она фактически была уничтожена в свое время, и мы их как бы подлечивали.
0:41:50
Была 305-я артиллерийская бригада, отличные ребята, их немного, но они достойно работали. Больше никого не было. Более того, палки в колеса вставляли. Так вот, я думаю, что общество придет к тому, что, безусловно, законодательство поменяют, безусловно, вернут смертную казнь, потому что мы находимся в состоянии войны. И это требуется. И я уверен в том, что виновные понесут, опять же, по закону того времени, будущего, достойное наказание и ему как минимум повесят на красной площади, что ли.
0:42:30
Евгений Викторович, значение Артёмовска, освобождение этого города для всей специальной военной операции, как Вы оцениваете? Ну, я оцениваю первое, если бы взяли попозже, то мясорубка была бы подольше. Я оцениваю, что нам сказали всё, армия готова. Не уверен, но пускай наша. Такой в жёсткой войне. Но мы дали с 8 октября, собственно говоря, когда началась мобилизация.
0:43:00
Ведь почему Суравикин со скрипом в зубах, со слезой на глазах, когда было принято решение, что никто и звать его никак, он скрипел зубами и говорил, хрен с ним, не буду писать рапорт об увольнении, а останусь, чтобы спасать армию. Мы сели с командованием ЧВК Вагнер и решили, мы близко к Артемовску, если мы его раскачаем, я побегаю к Зеленского, повызываю на дуэль, они побрасывают туда войска, международная коалиция, все завяжутся, мы будем биться в этом Артемовске, чем больше солдат на колбасе, тем лучше, если они втянутся, они не выйдут оттуда. И второе, мопилизованных надо было отправлять на полигоны, их надо было учить, потому что их бросали в бой просто с колес. А это время? Конечно. То есть была цель сковать вражеские силы в районе Артемовска и дать время на подготовку, на домооружение, на боеприпасы и на самое главное, самое главное, во главу угла, вот 90% всего, что я назвал, это на налаживание системы управления.
0:44:22
Мы сделали это в холостую или нет, время покажет. Я думаю, что это время 2-3 недели. Вот так же, то есть это прям обозримое будущее. Ну конечно. Так, коллеги. Да, дальше, теперь по тем последствиям, которые будут из-за снарядного голода и из-за тех потерь, которые мы могли избежать. А потери должны были быть процентов 20 от того, что у нас были. Хотя, в принципе, для такой операции они были невелики, скажем так, да? Но снарядный голод дал 80% потери.
0:45:03
Все говорят о том, как будет рассчитываться наше поколение за эту войну, за потери, за тех, кто выходит. Будет рассчитываться не поколение, а будет рассчитываться еще несколько поколений. Потому что есть парень такой, Евгений Истомин. Был парень такой Евгений Истомин. Я хорошо его помню, потому что когда я приезжал на зоны, то он пришел на собеседование, я со всеми там сам беседовал, но не со всеми, с частью беседовал. И он, этот парень, я его хорошо помню. Он сидел по 2-2,8 за наркотики, не первый раз.
0:45:38
У него была дочка, которая жила с женой в другой семье, и он спросил, а меня реабилитируют, если я буду воевать? Я говорю, ну конечно, ты получишь медаль за то, что ты воевал, тебе дадут бумагу, что ты полностью реабилитировал. Он говорит, а если я погибну, моя дочка об этом узнает? После этого я этого парня видел в лагере подготовки. И после этого я видел тело этого парня, когда его притащили в морг, разорванного осколками от снарядов. Это было то время, когда нам просто вот так вот зажимали в вентиль.
0:46:16
Причем в вентиль ведь зажимали хохоча. Ведь министр обороны, начальник Генштаба, они не просто со страданием говорят давайте чуть-чуть урежемся им нравится и поэтому этого парня разорванного привезли и после этого спустя три месяца его дочка выпрыгнула с 12 этажа с 8 этажа 12-летняя девочка и мы с этим будем рассчитываться и поэтому пока блогер Столяров показывает свою розовую попку в Ютубе. 12-летняя девочка прыгает из окна, потому что ее отца разорвало на части и конечно общество этого не потерпит. Русский народ, он гостеприимный и добрый, но он не терпит такого предательства. Поэтому я думаю, что, скорее всего, как говорится, награда найдет герой. В дальнейшем развитие ситуации вокруг Артемовска допускаете ли вы мысли о том, что город может быть отвоеван ВСУ? После выхода.
0:47:38
После выхода. Понятно, что никаких мыслей нельзя не допускать. Понятно, что мы передадим максимально корректно. Мы выйти обязаны. Мы не можем там находиться, потому что нам надо собраться в кучу. У меня большое количество новых людей. У нас сейчас месяц идет, в некоторые месяца там 10 тысяч человек приходят, некоторые 7 тысяч человек приходят. Добровольцы. Да. Я их должен подготовить. Причем, если раньше у меня были супермены все, то этих надо подкачивать, заниматься физухой.
0:48:08
Я не могу их просто выпустить с автоматами две ноги, две руки, автомат брать, жилет и вперед. Я их должен обучить. И поэтому мы выходим, дообучаемся. Я думаю, что то, что будет развиваться в этой войне, то даже если, конечно, это кровью заработано, Артёмовск может оказаться не самой страшной потерей, если она произойдёт. И поэтому мы должны быть готовы к любым событиям и безусловно встать на рубеже противника в нужный момент. Если Артёмовск будет отдан врагу, а там погибли более 10 тысяч наших бойцов и он весь залит кровью как бойцов ВСУ, так и наших их в три раза больше, наших в три раза меньше но если он будет отдан хоть один квадратный метр то я думаю, что мы опять же на камеру в рамках закона как законно, культурно, в галстуках, в пиджаках, с окровавленными рукавами, должны будем приехать на Фрунзенскую набережную и сначала спросить, на хуя, вы че творите вообще?
0:49:28
А после этого мы можем идти опять защищать свою Родину. Но этот разговор крайне важен, потому что невозможно просто брать, закидывать в мясорубку людей и сидеть дальше, есть крем-суп, там, не знаю, из сморчков, из каштанов, там, какой там сейчас у нас в моде в рублевской тусовке. Сезон сморчков. Ну вот, сезон сморчков. И вот эти вот, смеюсь заметить, сморчки, едят суп из сморкаются на народ, который погибает. Очень много сообщений в СМИ начало появляться.
0:50:09
Я как медийщик вижу в этом не совпадение, а какую-то целенаправленность о том, чем занимаются бывшие бойцы ЧВК Вагнер, которые осуждали контракт, вернулись, бывшие заключенные, которые прошли через систему ЧВК Вагнер. Якобы много преступлений совершается в гражданской жизни, и вы следите за подобными историями, в том числе в медийном. И какое ваше отношение к этому? Конечно.
0:50:40
Я с тобой полностью согласен, что если раньше какой-то рецидивист выходил из тюрьмы и совершал преступление, то об этом очень никто не знал. Теперь, если кто-то из рецидивистов воевал в ЧВК Вагнер, а потом совершил преступление, то люди скоро татуировки будут себе делать о том, что ограбил, убил и так далее. Безусловно, любое тяжкое преступление, если кто-то у кого-то сумочку спиздил, разберутся.
0:51:11
Любое тяжкое преступление, убийство, изнасилование, похищение и так далее, это очень плохо. И по законам военного времени у нас нет дезертирства, у нас нет изнасилования, у нас нет марадерки. Никакой. Почему? Потому что есть определенный кодекс войны конечно то что я говорю сейчас мы никого не расстреливаем мы никого не кастрируем за изнасилование мирных жителей ну мы им на вид ставим и поэтому когда им на вид ставишь раз, инфаркт и умер так совпало поэтому безусловно по законам войны если бы мы разбирались вот с этим вот гаденышем, который сейчас в СМИ прогремел о том, что он двух школьниц изнасиловал, то я думаю, что он сначала бы принес в жертву свои гениталии, после этого пожил бы недельку, а после этого там дальше уже пошел бы, так сказать, в следующие ступени народного суда.
0:52:27
И, кстати, государство очень неправильно сделало. Я всем зэкам обещал, что если вы с нами отвоюете, когда приезжал на зону, выйдете на свободу и на бедакурите, мы вас опять заберем. Вот этот институт нам прервали и сделали очень неправильно. Во-первых, вообще, заключенных сейчас Минобороны берет и просто их хрен знает куда кидает, мне правда их жалко просто то что они прутся в это Минобороны насколько я знаю уточняю еще буквально вопрос вам шли гораздо охотнее заключенные а с чем это связано?
0:53:01
у нас было жёстче у нас было всё по честному их учили их одевали, обували у них было всё бесплатно сигареты, чай, кофе, у меня даже бойцы которые с воли приходили иногда бубнили о том, что за фигня, к ним относитесь, как к детям, к родным.
0:53:19
А нам что, они не купили ботинки бесплатные. У тебя деньги есть, ты сам купишь. Было жестко, но это была одна семья. И если у нас сегодня освободилось уже под 40 тысяч заключенных, то у нас преступлений совершено меньше сотни, я сейчас точную цифру не помню, около 0,3%. Это же, по-моему, меньше, чем общая статистика. Это в 25 раз меньше, чем… Каждый день, вот буквально сегодня, мы сейчас с вами сидим здесь, кто-то посидел, закончил сидеть и освободился.
0:53:57
Но про этих же людей не пишут, да, и не… Я просто вот к чему вы ведут, да? вот такое внимание я вижу в этом, ну вот чью-то руку, а чью? рука? чья рука? почему? кто заинтересовался в том, чтобы вот эти выпячивать историю? есть две руки, как у профессионального аналиста есть левая рука Министерства обороны и есть правая рука Администрации президента потому что это и есть составляющая глубинного государства они, естественно, проводят брифинги, они договариваются с разными СМИ, и они делают, что необходимо, чтобы дискредитировать ЧВК Вагнер. Не может быть никого святее, чем те, кто канонизирован. И поэтому у нас идет бюрократическая канонизация.
0:55:02
Ведь у нас, смотрите, в любой системе общественной всегда кто-то с кем-то конкурирует. Да, это законы жизни. Родные с командиром батальона, с другим родным, один певец с другим певцом, один рабочий с другим рабочим. А у нас конкурировать не с кем. У нас можно конкурировать только с Петром Первым. Или Господом Богом. Вот и все. Поэтому, ну посмотрите, там у нас… приезжаешь на парад 9 мая, с кем там конкурировать?
0:55:25
С Петром Первым, да? Вот. Значит… Итак, по поводу заключенных, да? В 25 раз меньше совершают преступлений. Понятно, что это все раздувается по максимуму когда они находятся в зоне боевых действий безусловно наказание самое так сказать жесткие по всем законам военного времени когда они приходят на уровень мы не всегда можем этим управлять хотя за каждым заключенным есть кураторы каждый куратор там ведет сто двести человек и смотрит для того чтобы они не бедокурили.
0:56:02
Помогают в социализации. Помогают в социализации, да. Количество преступлений, которые они совершают, снижается еще и потому, что они все проходят через ту мясорубку, после которой, как правило, задумываются, а надо ли дальше совершать какие-то преступления.
0:56:22
Поэтому у них уровень агрессии очень серьезно снижается. Но еще раз подчеркиваю, это, безусловно, очень плохо, когда совершают преступление. А вот те, кто раздувает эту историю, безусловно, они это раздувают, потому что им надо выкинуть максимальное количество негатива. Я думаю, что это все прекратится.
0:56:42
В скором времени. Как только. Еще одно ДРГ зайдет в Белгород, а потом еще одно ДРГ. Это же не ДРГ. Ведь Белгород это не ДРГ. Это мы так хотим, чтобы это было ДРГ. Это разведка боем. Сто человек, несколько танков, несколько БМП. Какое ДРГ? ДРГ это 3, 5, 10 человек. Абсолютно верно. Армейская часть зашла? Абсолютно верно. Они зашли, посмотрели на наши действия и даже если каждый из них погиб, это как мы в Артёмовске погибали.
0:57:14
Мы поняли, как будет вести себя противник. Конечно. И поэтому в следующий раз они пройдут глубже, а потом ещё глубже, а потом ещё глубже. А что делается в Белгородской области? У меня была построена целая программа. Я ездил по Белгородской, по Курской. У меня до сих пор там куча людей, ведь учатся в моих тренировочных лагерях. Мы их бесплатно обучаем, а они уезжают обратно. И все они говорят про одно.
0:57:37
Чиновники-бюрократы пилят бабло, оружие не дается, обучение не дается, даже правового режима, насколько я знаю, и абсолютно верно, организации не дать никому. дать стволы тем, кто хочет защищать свою землю. Что может быть проще? 30-километровая зона от границы, где ты можешь находиться с оружием, выезжаешь дальше, поставь в Росгвардию, человек сдаст. Территориальная оборона. Ведь что может быть более прагматичного, чем когда человек свою землю сам охраняет? Конечно, местные жители, которые знают каждый квадратный метр.
0:58:09
Каждый куз знают. И они знают, кто идет, это свой или чужой. У меня, когда показывали это мне в пресс-службе, парень был из Белгородской области, у которого своя автомастерская. Я ему говорю, вот как ты считаешь, если бы федеральный центр не давал ни копейки, у тебя есть автомастерская, сколько у тебя работает человек? 4. Я говорю, отличное сочетание. 4 человека. Один сидит в окопах, трое работают. На следующей неделе другой сидит в окопе, трое работают. Ты готов оплатить за то, чтобы вырыть окопы, за то, чтобы положить сверху бетонную плиту, организовав логнивую точку? Готов оплатить дизель-генератор и их питание.
0:58:52
Он был 100% готов. Готов и своих денег платить. Ни льгот, ничего не надо. Я говорю, а если тебе после этого дадут орден за это, за что я землю свою изучал, он говорит, я ее повешу рядом с иконой у себя в доме, и мои дети, даже если погибнут, они будут гордиться мною. И вот этот вот человек, один человек, 10 погодных метров, там условно, да, граница, назовем ее так, да, территорию, линии соприкосновения. Их огромное количество. Они сами способны себя защитить. Чиновники этого не дают, потому что не может обычный гражданин с орденом ходить. Не может обычный человек Родину защищать. Они все еще думают, что они нам будут продавать возможность защитить свою страну. И в этом главный конфликт, потому что люди говорят, идите нахуй, вы кто такие, чтобы нам говорить, можно нам защищать свою Родину или нет. И поэтому, если бы защищал вот этот парень с автосервисом, как Бензаколонн сказал, с автосервисом, то он бы не пропустил ДРГ а те клоуны, которые там сейчас находятся конечно они все пропускают и поэтому то что произошло были погранцы погранец погиб и честь ему и хвала куда делись остальные мы пока не знаем но это не задача ФСБ дальше отбиваться от ДРГ это задача не на бороду.